Библиограф - русские авторы. Выпуск 098



Вывоз любого мусора. 5cca4fd5

От издателей к читателям


Издательство "Пупкин и микроба" приветствует всех сюда пришедших.
Предлагаем вашему вниманию Выпуск 098 из серии "Библиограф - русские авторы."

Уважаемые мамзельки, мадамки и ихние мужики - вы пришли на офигительно полезный сайт про книжки. Книжки русских, советских и антисоветских поэтов, драматургов, писателей и всех кто таковым себя почему-то считал (пусть и с ошибками).
Здесь публикуются фрагменты ихних творений. Вам стразу станет ясно - нужно тратить на это деньги.

Глава 195. Петрушевская Л. - Пикуль В.

В этой главе опубликовано


Петухов Юрий - Ангел Возмездия
Пролог. КАЗНЬ
Периферия Системы.
Видимый спектр.
2235-ый год, июль.
Три огромных мутных глаза смотрели сверху на Него. В этих глазах не было жизни. Но в них не было и смерти. Это были холодные нечеловеческие глаза, такие могли быть у насекомого, у ящера, глубоководной рыбины... хотя нет, ни у одной земной твари, даже самой мерзкой и отвратительной, не могло быть таких безжизненных и страшных глаз. И все же в черных матово поблескивающих зрачках с золотистыми ромбовидными прорезями-диафрагмами угадывался разум – непонятный, чуждый, но разум.
Он еще ничего не понимал. Он смотрел вверх, смотрел словно околдованный, не мигая, не жмурясь. А память все отмечала, запечатлевала, закладывала в вечные хранилища подсознания, преобразуясь тем самым из обычной рассудочной памяти в нечто более глубокое и емкое, чему нет названия, но что несет запечатленное через поколения – от отца к сыну, внуку, правнукам.
Он поднял руку, махнул ею, пытаясь отогнать жуткое видение, открыл рот, раздумывая, надо ли кричать, звать на помощь или еще рано, не стоит, все и так обойдется... И не закричал. В этом мире все было ново для Него.

И потому Он пока не умел пугаться по-настоящему, до судорог и оцепенения, до крика и слез. Он даже вытянул губы, скривил рот в улыбке, рассчитывая, что огромное и непонятное существо ответит тем же, что они улыбнутся друг другу, рассмеются, и все будет хорошо.

Но трехглазый не улыбнулся. Кто знает, может быть, он вообще не умел улыбаться, а может, просто не хотел.
Отец с матерью куда-то подевались. Он долго лежал молча. Потом долго звал их.

Потом появились эти три неожиданных глаза, и Он не мог оторваться от них, не мог избавиться от изучающего леденящего взгляда. Он был очень доверчив.

Петрушевская Людмила - От Тебя Одни Слезы
Петрушевская Людмила - Отец И Мать
Петрушевская Людмила - Отец
Петрушевская Людмила - Паровоз И Лопата
Петрушевская Людмила - Приключение В Космическом Королевстве
Петрушевская Людмила - Приключения Утюга И Сапога
Петрушевская Людмила - Принцесса Белоножка, Или Кто Любит, Носит На Руках
Петрушевская Людмила - Пуськи Бятые
Петрушевская Людмила - Пушинка
Петрушевская Людмила - Пчелка
Продолжение главы 195

Глава 196. Пикуль В.

В этой главе опубликовано


Пикуль Валентин - Воин, Метеору Подобный
Зимой 1792 года генерал Иван Лазарев пробирался с адъютантом из Киева на Кавказ. Где-то за Конотопом возок его закружило, завихрило в пропащей степной метели. Кони, встав против ветра, вздрагивали острыми ушами, и ямщик опустил вожжи:
— Пути не стало… Кружат, ваше сясество. Заржал коренник. Вокруг одинокой кошевки замелькали огни волчьих несытых глаз. Лазарев из-под сиденья достал футляр с пистолями.

Ругаясь, совал в них круглые промерзлые пули.
— Бей тоже! — кричал адъютанту…
Кони рванули — прямо в буран. А рядом мчались волчьи глаза, рык звериный ужасал душу. В овраге лошади встали, тяжко дыша.

Ни следа дороги — безлюдье. Путники закутались в овчины, прижались друг к другу. Если смерть, то сладкая — во сне.

И в этот сон вошел вдруг далекий отзвук благовеста церковного.
Лазарев отряхнул с себя снег, скинул башлык:
— Иль чудится? Эй, ямщик, не околел еще? Проснись… На гул колоколов кони рвали сугробы грудью. Скоро из вихрей метели показались плетень и крайняя хата.

Священ ник селения был разбужен грохотом — в сенях Лазарев опрокинул ведра, ввалился в убогую хату пастыря, весь в за пурженном меху.
— Ну, отец, бог миловал… Чаю дашь ли нам? Всю ночь гремел над степью неустанный набат, суля путникам надежду на спасение. Под утро разом стихла метель, замолк и колокол, а в хату вошел отрок-бурсак.

С порога чинно раскланялся.
— Се чадо мое, — сказал священник. — Ныне риторику с гомилетикой в бурсе познает. Не журись, Петро, скажи стих гостям!
Лазарев обнял мальчика, целуя его в холодные с мороза щеки:
— Ты благовестил ночью на колокольне? Так ведай, что спас жизнь мою для дел нужных. И верь — я тебя не забуду…
Он записал имя бурсацкое — Петр Степанов, сын пастыря Котляревского из села Ольховатки, порожден в 1782 году, — после чего генерал отъехал благополучно, и о нем забыли. Но Лазарев не забыл мальчика… Совсем неожиданно в Ольховатку явился пожилой фурьер с грозным пакетом от начальства:
— Петр Котляревский…, произрастает ли здесь такой? Велено его на Капказ вести. Чего плачешь, батюшка?

И полета лет не минует, как вернется сынок уже хенералом с пенсией… Поехали!
Мальчика привезли в Моздок, и Лазарев подвел его к шкафу с книгами. Бурсацкую ученость заменили теперь деяния полководцев прошлого. Котляревский был зачислен в пехоту рядовым солдатом, и отрок послушно вскинул на плечо тяжеленное ружье.

Четырнадцати лет от роду, бредя Ганнибалом, он уже понюхал пороху в Персидском походе.
В один из дней вдова грузинского царя Мария вызвала Лазарева к себе. Генерал явился во дворец с тифлисским комендантом — князем Саакадзе. Царица сидела на тахте, по бокам от нее стояли царевичи.

Лазарев приблизился к женщине, и она, выхватив кинжал, пронзила его насмерть. Саакадзе кинулся к царице.
Убиваемый кинжалами царевичей, комендант Тифлиса кричал исступленно:
— Царица! Кто затемнил разум тебе? Не губи дружбы с Россией!

Или снова желаешь Грузии нашей быть в крови и во прахе?..
Так Котляревский лишился своего покровителя. Одинокий солдат еще не знал, что его ждет громкая судьба, а в историю военной славы России он войдет как генерал-метеор.
***В 1795 году пришел из Персии с войском зловредный евнух Баба-хан; воины его победили воинов Грузии, Баба-хан вторгся в Тифлис, сел на высокой горе Сололаке, и с вершины ее глядел зверь

Пикуль Валентин - Букет Для Аделины
Пикуль Валентин - Быть Главным На Ярмарке
Пикуль Валентин - В Гостях У Имама Шамиля
Пикуль Валентин - В Ногайских Степях
Пикуль Валентин - 'вечный Мир' Яна Собеского
Пикуль Валентин - Виват Контесс Дорлов
Пикуль Валентин - Виват Контесс Д'орлов
Пикуль Валентин - Воин, Метеору Подобный
Пикуль Валентин - Вольное Общество Китоловов
Пикуль Валентин - Вольный Казак Ашинов
Продолжение главы 196